Клиническая эффективность даратумумаба в монотерапии рецидивов и рефрактерной множественной миеломы

С.С. Бессмельцев1, Е.В. Карягина2, Е.Ю. Илюшкина2, Ж.Л. Столыпина2, Р.Р. Мифтахова1, И.И. Кострома1, Т.Л. Шелковская2

1 ФГБУ «Российский НИИ гематологии и трансфузиологии ФМБА», ул. 2-я Советская, д. 16, Санкт-Петербург, Российская Федерация, 191024

2 ГБУЗ «Городская больница № 15», ул. Авангардная, д. 4, Санкт-Петербург, Российская Федерация, 198205

Для переписки: Станислав Семенович Бессмельцев, д-р мед. наук, профессор, ул. 2-я Советская, д. 16, Санкт-Петербург, Российская Федерация, 191024; тел.: +7(812)717-67-80, +7(911)228-18-01; e-mail: bsshem@hotmail.com, bessmeltsev@yandex.ru

Для цитирования: Бессмельцев С.С., Карягина Е.В., Илюшкина Е.Ю. и др. Клиническая эффективность даратумумаба в монотерапии рецидивов и рефрактерной множественной миеломы. Клиническая онкогематология. 2020;13(1):25–32.

DOI: 10.21320/2500-2139-2020-13-1-25-32


РЕФЕРАТ

Актуальность. Даратумумаб — гуманизированное моноклональное антитело IgG1-κ, направленное против антигена CD38. Он оказывает прямое воздействие на опухоль и обладает иммуномодулирующим механизмом действия.

Цель. Оценить эффективность даратумумаба в монорежиме у больных с прогрессированием, рецидивами и рефрактерной множественной миеломой (ММ), выяснить степень токсичности и безопасности препарата.

Материалы и методы. В исследование включено 10 больных ММ (3 мужчины и 7 женщин) в возрасте 51–74 года (медиана 57 лет). У всех больных установлена III стадия заболевания (по Durie—Salmon), при этом у 2 — IIIВ стадия с клиренсом креатинина менее 30 мл/мин. Согласно критериям ISS (международной системы стадирования), у 6 больных установлена II стадия, у 4 — III стадия. Все пациенты ранее получали бортезомиб и леналидомид, с развитием двойной рефрактерности у 4 из 10 больных. По 1 больному ранее получали бендамустин и карфилзомиб в комбинированных схемах. Число линий предшествующей терапии колебалось от 3 до 6 (медиана 5).

Результаты. Общий ответ составил 50 %, включая 2 (20 %) пациентов, у которых достигнута очень хорошая частичная ремиссия. У 1 (10 %) больного получена полная ремиссия. При периоде наблюдения 6–32 мес. (медиана 15 мес.) медиана общей выживаемости не достигнута. Медиана выживаемости без прогрессирования составила 17,8 мес. Даратумумаб обладает благоприятным профилем безопасности. У 20 % больных наблюдались инфузионно-зависимые реакции I–II степени тяжести. Среди других нежелательных явлений следует отметить слабость (30 %), тошноту (10 %), головную боль (10 %), снижение аппетита (10 %), тромбоцитопению (20 %) и нейтропению (30 %). Серьезные осложнения не встречались.

Заключение. Лечение даратумумабом является безопасным и эффективным методом лекарственного противоопухолевого воздействия при рецидивах и рефрактерном течении ММ.

Ключевые слова: даратумумаб, множественная миелома, полная ремиссия, общий ответ, выживаемость, двойная рефрактерность.

Получено: 22 августа 2019 г.

Принято в печать: 10 декабря 2019 г.

Читать статью в PDF


ЛИТЕРАТУРА

  1. Бессмельцев С.С., Абдулкадыров К.М. Множественная миелома: руководство для врачей. М.: СИМК, 2016. 512 с.

    [Bessmeltsev SS, Abdulkadyrov KM. Mnozhestvennaya mieloma: rukovodstvo dlya vrachei. (Multiple myeloma: manual for physicians.) Moscow: SIMK Publ.; 2016. 512 p. (In Russ)]

  2. Kumar SK, Lee JH, Lahuerta JJ, et al. Risk of progression and survival in multiple myeloma relapsed after therapy with IMiDs and bortezomib: a multicenter international myeloma working group study. 2012;26(1):149–57. doi: 10.1038/leu.2011.196.

  3. Usmani S, Ahmadi T, Ng Y, et al. Analysis of Real-World Data on Overall Survival in Multiple Myeloma Patients With ≥ 3 Prior Lines of Therapy Including a Proteasome Inhibitor (PI) and an Immunomodulatory Drug (IMiD), or Double Refractory to a PI and an IMiD.  2016;21(11):1–7. doi: 10.1634/theoncologist.2016-0104.

  4. Terpos E, Kanellias N, Christoulas D, et al. Pomalidomide: a novel drug to treat relapsed and refractory multiple myeloma. OncoTargets Ther. 2013;6:531–8. doi: 10.2147/OTT.S34498.

  5. Семочкин С.В., Салогуб Г.Н., Бессмельцев С.С., Капланов К.Д. Практические аспекты применения карфилзомиба при множественной миеломе. Клиническая онкогематология. 2019;12(1):21–31. doi: 10.21320/2500-2139-2019-12-1-21-31.

    [Semochkin SV, Salogub GN, Bessmeltsev SS, Kaplanov KD. Practical Aspects of the Use of Carfilzomib in Multiple Myeloma. Clinical oncohematology. 2019;12(1):21–31. doi: 10.21320/2500-2139-2019-12-1-21-31. (In Russ)]

  6. Moreau P, Masszi T, Grzasko N, et al. Oral ixazomib, lenalidomide, and dexamethasone for multiple myeloma. N Engl J Med. 2016;374(17):1621–34. doi: 10.1056/nejmoa1516282.

  7. San Miguel J, Weisel K, Moreau P, et al. Pomalidomide plus low-dose dexamethasone versus high-dose dexamethasone alone for patients with relapsed and refractory multiple myeloma (MM-003): a randomized, open-label, phase 3 trial. Lancet Oncol. 2013;14(11):1055–66. doi: 10.1016/s1470-2045(13)70380-2.

  8. Stewart AK, Rajkumar SV, Dimopoulos MA, et al. Carfilzomib, lenalidomide, and dexamethasone for relapsed multiple myeloma. N Engl J Med. 2015;372(2):142–52. doi: 10.1056/nejmoa1411321.

  9. Бессмельцев С.С. Анти-CD38 моноклональные антитела в лечении рецидивов/рефрактерных форм множественной миеломы. Вестник гематологии. 2018;XIV(3):5–18.

    [Bessmeltsev SS. CD38 antibodies in patients with relapsed/refractory multiple myeloma. Vestnik gematologii. 2018; XIV(3):5–18. (In Russ)]

  10. Deckert J, Wetzel MC, Bartle LM, et al. SAR650984, a novel humanized CD38-targeting antibody, demonstrates potent antitumor activity in models of multiple myeloma and other CD38 hematologic malignancies. Clin Cancer Res.  2014;20(17):4574–83. doi: 10.1158/1078-0432.CCR-14-0695.

  11. de Weers M, Tai YT, van der Veer MS, et al. Daratumumab, a novel therapeutic human CD38 monoclonal antibody, induces killing of multiple myeloma and other hematological tumors. J Immunol.  2011;186(3):1840–8. doi: 10.4049/jimmunol.1003032.

  12. van de Donk WCJ, Richardson P, Malavasi F. CD38 antibodies in multiple myeloma: back to the future. 2018;131(1):13–29. doi: 10.1182/blood-2017-06-740944.

  13. Lokhorst HM, Plesner T, Laubach JP, et al. Targeting CD38 with daratumumab monotherapy in multiple myeloma. N Engl J Med. 2015;373(13):1207–19. doi: 10.1056/nejmoa1506348.

  14. Lonial S, Weiss BM, Usmani SZ, et al. Daratumumab monotherapy in patients with treatment refractory multiple myeloma (SIRIUS): an open-label, randomized, phase 2 trial.   2016;387(10027):1551–60. doi: 10.1016/s0140-6736(15)01120-4.

  15. Usmani SZ, Weiss BM, Plesner T, et al. Clinical efficacy of daratumumab monotherapy in patients with heavily pretreated relapsed or refractory multiple myeloma.   2016;128(1):37–44. doi: 10.1182/blood-2016-03-705210.

  16. Durie BGM, San Miguel J, Harousseau J-L, et al. International uniform response criteria for multiple myeloma. 2006;20(9):1467–73. doi: 10.1038/sj.leu.2404284.

  17. Головкина Л.Л., Минеева Н.В., Менделеева Л.П. и др. Модификация преаналитического этапа непрямой пробы Кумбса у больных множественной миеломой при лечении даратумумабом. Гематология и трансфузиология. 2018;63(1):44–54. doi: 10.25837/HAT.2018.45..1..004.

    [Golovkina LL, Mineeva NV, Mendeleeva LP, et al. A Modification of the pre-analytical phase of the indirect Coombs test for multiple myeloma patients treated with daratumumab. Russian journal of hematology and transfusiology. 2018;63(1):44–54. doi: 10.25837/HAT.2018.45..1..004. (In Russ)]

  18. Минеева Н.В., Кробинец И.И., Бодрова Н.Н. и др. Алгоритм индивидуального подбора гемокомпонентов и проведения исследования антигенов эритроцитов и антиэритроцитарных антител в сложно диагностируемых случаях. Методическое пособие. СПб.: ВиТ-принт, 2018. 24 с.

    [Mineeva NV, Krobinets II, Bodrova NN, et al. Algoritm individualnogo podbora gemokomponentov i provedeniya issledovaniya antigenov eritrotsitov i antieritrotsitarnykh antitel v slozhno diagnostiruemykh sluchayakh. Metodicheskoe posobie. (Algorithm of individual hemocomponent management and analysis of erythrocyte antigens and anti-erythrocyte antibodies used in difficult for diagnosis cases. Methodological handbook.) Saint Petersburg: ViT-print Publ.; 2018. 24 p. (In Russ)]

Первичные лимфоидные опухоли костей: 18F-FDG ПЭТ и ПЭТ-КТ как методы диагностики и оценки эффективности противоопухолевого лечения

А.К. Смольянинова1, Э.Р. Москалец2, Г.А. Яцык1, И.Э. Костина1, А.С. Боголюбская3, Н.Г. Габеева1, Э.Г. Гемджян1, С.А. Татарникова1, Д.С. Бадмаджапова1, Е.Е. Звонков1

1 ФГБУ «НМИЦ гематологии» Минздрава России, Новый Зыковский пр-д, д. 4, Москва, Российская Федерация, 125167

2 АО «Европейский медицинский центр», ул. Щепкина, д. 35, Москва, Российская Федерация, 129090

3 ФГБОУ ВО «Российский национальный исследовательский медицинский университет им. Н.И. Пирогова» Минздрава России, ул. Островитянова, д. 1, Москва, Российская Федерация, 117997

Для переписки: Анна Константиновна Смольянинова, канд. мед. наук, Новый Зыковский пр-д, д. 4, Москва, Российская Федерация, 125167; тел.: +7(926)912-31-16; e-mail: annmo8@mail.ru

Для цитирования: Смольянинова А.К., Москалец Э.Р., Яцык Г.А. и др. Первичные лимфоидные опухоли костей: 18F-FDG ПЭТ и ПЭТ-КТ как методы диагностики и оценки эффективности противоопухолевого лечения. Клиническая онкогематология. 2020;13(1):33–49.

DOI: 10.21320/2500-2139-2020-13-1-33-49


РЕФЕРАТ

Актуальность. Первичная лимфома костей (ПЛК) — это редкая злокачественная опухоль. Первичное обследование, предполагающее выявление всех исходных очагов поражения, служит необходимым условием выбора наиболее оптимальной тактики противоопухолевого лечения. Использование стандартных методов диагностики (рентгенография, КТ, МРТ) не всегда позволяет оценить истинную распространенность опухоли. Другой хорошо известной особенностью ПЛК является сложность при оценке эффекта проводимого лечения в связи с выраженными остаточными изменениями в костях, которые сохраняются у большинства пациентов. К тому же данные о применении при ПЛК такого метода метаболической визуализации, как 18F-FDG ПЭТ, в доступной литературе встречаются нечасто.

Цель. Изучить особенности использования ПЭТ-КТ с 18F-FDG при первичном обследовании и оценке эффективности терапии у пациентов с ПЛК.

Материалы и методы. В исследование включен 21 больной ПЛК, которому при первичном обследовании и через 1 мес. после окончания терапии выполнена 18F-FDG ПЭТ. Результаты 18F-FDG ПЭТ сопоставлялись с данными структурных методов диагностики (КТ, МРТ) и исследованием материала биопсии патологических очагов.

Результаты. Интенсивный захват 18F-FDG (SUVmax 8,6–40,1, среднее SUVmax 23,5) по данным ПЭТ отмечался у всех пациентов в очагах опухоли, выявленных по результатам структурных методов диагностики и подтвержденных биопсией. Кроме того, в каждом из 21 наблюдения определялась патологическая инфильтрация прилежащих мягких тканей с высокой метаболической активностью. При ПЭТ-КТ с 18F-FDG обнаружено 13 дополнительных локализаций опухоли у 8 (38 %) больных. После окончания терапии остаточные изменения по данным КТ и МРТ сохранялись у всех (n = 21, 100 %) пациентов. При этом остаточная метаболическая активность в пораженных костях определялась у 13 (62 %) больных (SUVmax 2,91–8,7, среднее SUVmax 4,2). Биопсия остаточного образования выполнена у 4 из них. Ни в одном из 4 случаев данных за опухоль не получено. Только у 1 из 13 пациентов с остаточными метаболическими изменениями развился рецидив опухоли. Общая 10-летняя выживаемость в группах пациентов c FDG+ остаточными изменениями и без таковых составила 91 и 100 % соответственно, однако различия статистически незначимы (= 0,39).

Заключение. ПЭТ-КТ с 18F-FDG является высокочувствительным методом оценки первичного объема поражения у пациентов с ПЛК. В 100 % случаев в костных и мягкотканных очагах наблюдалось интенсивное накопление 18F-FDG. В то же время в нашем исследовании сохранение метаболической активности после противоопухолевого лечения отмечалось более чем у половины пациентов и не было обусловлено опухолью у большинства из них. В связи с этим, по нашему мнению, сохранение резидуальной метаболической активности при ПЛК не всегда может служить показанием к продолжению противоопухолевого лечения или проведению лучевой терапии с целью консолидации.

Ключевые слова: первичная лимфома костей, выживаемость, позитронно-эмиссионная томография, диагностика, оценка эффективности противоопухолевого лечения.

Получено: 2 августа 2019 г.

Принято в печать: 5 декабря 2019 г.

Читать статью в PDF


ЛИТЕРАТУРА

  1. Matikas A, Briasoulis A, Tzannou I, et al. Primary bone lymphoma: a retrospective analysis of 22 patients treated in a single tertiary center. Acta Haematol. 2013;130(4):291–6. doi: 10.1159/000351051.

  2. Bacci G, Jaffe N, Emiliani E, et al. Therapy for primary non-Hodgkin’s lymphoma of bone and a comparison of results with Ewing’s sarcoma. Ten year’s experience at the Istituto Ortopedico Rizzoli. Cancer. 1986;57(8):1468–72. doi: 10.1002/1097-0142(19860415)57:8<1468::aid-cncr2820570806>3.0.co;2-0.

  3. Fidias P, Spiro I, Scobczak ML, et al. Long-term results of combined modality therapy in primary bone lymphomas. Int J Radiat Oncol Biol Phys. 1999;45(5):1213–38. doi: 10.1016/s0360-3016(99)00305-3.

  4. Messina C, Ferreri AJ, Govi S, et al. Clinical features, management and prognosis of multifocal primary bone lymphoma: a retrospective study of the international Extranodal Lymphoma Study Group (the IELSG 14 study). Br J Haematol. 2014;164(6):834–40. doi: 10.1111/bjh.12714.

  5. Морозова А.К., Звонков Е.Е., Мамонов В.Е. и др. Первичные лимфатические опухоли костей и мягких тканей: сравнительная оценка результатов лечения. Терапевтический архив. 2012;84(7):42–9.

    [Morozova AK, Zvonkov EE, Mamonov VE, et al. Primary lymphomas of bones and soft tissues: comparative assessment of treatment results. Terapevticheskii arkhiv. 2012;84(7):42–9. (In Russ)]

  6. Gabeeva NG, Zvonkov EE, Morozova AK, et al. Long-term follow-up of primary bone diffuse large B-cell lymphoma treated with m NHL-BFM-90. Blood. 2016;128(22):3025.

  7. Смольянинова А.К., Габеева Н.Г., Мамонов В.Е. и др. Первичная лимфома костей: 10-летние результаты проспективного исследования в одной клинике. Гематология и трансфузиология. 2018;63(S1):181.

    [Smol’yaninova AK, Gabeeva NG, Mamonov VE, et al. Primary bone lymphoma: 10-year results of a prospective single-center trial. Gematologiya i transfuziologiya. 2018;63(S1):181. (In Russ)]

  8. Lewis VO, Primus G, Anastasi J, et al. Oncologic outcomes of primary lymphomas of bone in adults. Clin Orthop Rel Res. 2003;415:90–7. doi: 10.1097/01.blo.0000093901.12372.ad.

  9. Ostrowski ML, Unni KK, Banks PM, et al. Malignant Lymphoma of Bone. Cancer. 1986;58(12):2646–55. doi: 10.1002/1097-0142(19861215)58:12<2646::aid-cncr2820581217>3.0.co;2-u.

  10. Смольянинова А.К., Габеева Н.Г., Мамонов В.Е. и др. Первичные лимфомы костей: долгосрочные результаты проспективного одноцентрового исследования. Клиническая онкогематология. 2019;12(3):247–62. doi: 10.21320/2500-2139-2019-12-3-247-262.

    [Smol’yaninova AK, Gabeeva NG, Mamonov VE, et al. Primary Bone Lymphomas: Long-Term Results of a Prospective Single-Center Trial. Clinical oncohematology. 2019;12(3):247–62. doi: 10.21320/2500-2139-2019-12-3-247-262. (In Russ)]

  11. Ueda T, Aozasa K, Ohsawa M, et al. Malignant lymphomas of bone in Japan. Cancer. 1989;64(11):2387–92. doi: 10.1002/1097-0142(19891201)64:11<2387::aid-cncr2820641132>3.0.co;2-1

  12. Meignan M, Barrington S, Itti E, et al. Report on the 4th international workshop on positron emission tomography in lymphoma held in Menton, France, 3–5 October 2012. Leuk Lymphoma. 2013;55(1):31–7. doi: 10.3109/10428194.2013.802784.

  13. Егорова Е.К., Габеева Н.Г., Мамонов В.Е. и др. Первичные лимфатические опухоли костей: описание двух случаев и обзор литературы. Онкогематология. 2008;3(4):5–10.

    [Egorova EK, Gabeeva NG, Mamonov VE, et al. Primary lymphatic tumors of bones: two case reports and a review of l Onkogematologiya. 2008;3(4):5–10. (In Russ)]

  14. Christie DR, Dear K, Le T, et al. Limited chemotherapy and shrinking field radiotherapy for osteolymphoma (primary bone lymphoma): results from the trans-Tasman Radiation Oncology Group 99.04 and Australasian Leukaemia and Lymphoma Group LY02 prospective trial. Int J Radiat Oncol Biol Phys. 2011;80(4):1164–70. doi: 10.1016/j.ijrobp.2010.03.036.

  15. Iwaya Y, Tekenaka K, Akamatsu T. Primary Gastric Diffuse Large B-cell Lymphoma with Orbital Involvement: Diagnostic Usefulness of 18-fluorodeoxyglucose Positron Emission Tomography. Intern Med. 2011;50(18):1953–6. doi: 10.2169/internalmedicine.50.5524.

  16. Demircay E, Hornicek J, Mankin HJ, at al. Malignant Lymphoma of Bone: A Review of 119 Patients. Clin Orthop Relat Res. 2013;471(8):2684–90. doi: 10.1007/s11999-013-2991-x.

  17. Fletcher CDM, Unni KK, Mertens F. (eds) Pathology and genetics of tumours of soft tissue and bone. World Health Organization Classification of Tumours. 3rd Edition. Lyon: IARC Press; 2002.

  18. Fletcher CDM. The evolving classification of soft tissue tumours: an update based on the new WHO classification. Histopathology. 2006;48(1):3–12. doi: 10.1111/j.1365-2559.2005.02284.x.

  19. Fletcher CDM, Bridge JA, Hogendoorn P, Mertens F. World health organization classification of tumours of soft tissue and bone. 4th edition. Lyon: IARC Press; 2013. 468 p.

  20. Krishnan А, Shirkhoda А, Tehranzadeh Т, et al. Primary Bone Lymphoma: Radiographic–MR Imaging Correlation. RadioGraph. 2003;23(6):1371–87. doi: 10.1148/rg.236025056.

  21. Mulligani ME, Kransdorf MJ. Sequestra in Primary Lymphoma of Bone: Prevalence and Radiologic Features. Am J Roentgenol. 1993;160(6):1245–8. doi: 10.2214/ajr.160.6.8498226.

  22. Canete AN, Bloem HL, Kroon HM. Primary bone tumors of the spine. Radiologia. 2016;58(Suppl 1):68–80. doi: 10.1016/j.rx.2016.01.001.

  23. Mikhaeel NG. Primary bone lymphoma. Clin Oncol. 2012;24(5):366–70. doi: 10.1016/j.clon.2012.02.006.

  24. Hicks DC, Gokan T, O’Keefe RJ, et al. Primary lymphoma of bone: correlation of magnetic resonance imaging features with cytokine production by tumor cells. Cancer. 1995;75(4):973–80. doi: 10.1002/1097-0142(19950215)75:4<973::aid-cncr2820750412>3.0.co;2-8.

  25. Messina C, Christie D, Zucca E, et al. Primary and secondary bone lymphomas. Cancer Treat Rev. 2015;41(3):235–46. doi: 10.1016/j.ctrv.2015.02.001.

  26. Remier RR, Bruce AC, Yong RC, et al. Lymphoma Presenting in Bone. Results of Histopathology, Staging, and Therapy. Ann Inter Med. 1977;87(1):50–5. doi: 10.7326/0003-4819-87-1-50.

  27. Cheson BD, Fisher RI, Barrington SF, et al. Recommendations for initial evaluation, staging, and response assessment of Hodgkin and non-Hodgkin lymphoma: the Lugano classification. J Clin Oncol. 2014;32(27):3059–67. doi: 10.1200/JCO.2013.54.8800.

  28. Jawad MU, Schneiderbauer MM, Min ES, et al. Primary Lymphoma of Bone in Adult Patients. Cancer. 2010;116(4):871–9. doi: 10.1002/cncr.24828.

  29. Schaefer NG, Strobel K, Taverna C, et al. Bone involvement in patients with lymphoma: the role of FDG-PET/CT. Eur J Nucl Med Mol Imag. 2007;34(1):60–7. doi: 10.1007/s00259-006-0238-8.

  30. Ramadan KM, Shenkier T, Sehn LH, et al. 131 patients with primary bone lymphoma: a population-based study of successively treated cohorts from the British Columbia Cancer Agency. Ann Oncol. 2007;18(1):129–35. doi: 10.1093/annonc/mdl329.

  31. Park YH, Kim S, Choi SJ, et al. Clinical impact of whole-body FDG-PET for evaluation of response and therapeutic decision-making of primary lymphoma of bone. Ann Oncol. 2005;16(8):1401–2. doi: 10.1093/annonc/mdi234.

  32. Park YH, Choi SJ, Ryoo BY, et al. PET imaging with F-18 fluorodeoxyglucose for primary lymphoma of bone. Clin Nucl Med. 2005;30(2):131–4. doi: 10.1097/00003072-200502000-00020.

  33. Singh Т, Satheesh С, Lakshmaiah С, et al. Primary bone lymphoma: A report of two cases and review of the literature. J Cancer Res Ther. 2010;6(3):296–8. doi: 10.4103/0973-1482.73366.

  34. Wang LJ, Wu HB, Wang M, et al. Utility of F-18 FDG PET/CT on the evaluation of primary bone lymphoma. Eur J Radiol. 2015;84(11):2275–9. doi: 10.1016/j.ejrad.2015.09.011.

  35. Baar J, Burkes RL, Gospodarowicz M. Primary non-Hodgkin’s lymphoma of bone. Semin Oncol. 1999;26(3):270–5.

  36. Liu Y. The role of 18F-FDG PET/CT in staging and restaging primary bone lymphoma. Nucl Med Commun. 2017;38(4):319–24. doi: 10.1097/MNM.0000000000000652.

  37. Kim SY, Shin DY, Lee SS. Clinical characteristics and outcomes of primary bone lymphoma in Korea. Korean J Hematol. 2012;47(3):213–8. doi: 10.5045/kjh.2012.47.3.213.

  38. Milks KS, McLean TW, Anthony EY. Imaging of primary pediatric lymphoma of bone. Pediatr Radiol. 2016;46(8):1150–7. doi: 10.1007/s00247-016-3597-8.

  39. Zinzani PL, Carrillo G, Ascani S, et al. Primary bone lymphoma: experience with 52 patients. Haematologica. 2003;88(3):280–5.

  40. Baar J, Burkes R, Bell R. Primary Non-Hodgkin’s Lymphoma of Bone. A clinicopathologic study. Cancer. 1994;73(4):1194–9. doi: 10.1002/1097-0142(19940215)73:4<1194::aid-cncr2820730412>3.0.co;2-r.

  41. Choi J, Raghavan M. Diagnostic imaging and Image-Guided Therapy of Skeletal Metastases. Cancer Control. 2012;19(2):102–12. doi: 10.1177/107327481201900204.

  42. Hwang S. Imaging of lymphoma of musculoskeletal system. Magn Reson Imag Clin N Am. 2010;18(1):75–93. doi: 10.1016/j.mric.2009.09.006.

  43. Rapoport AP, Constine LS, Packman CH, et al. Treatment of Multifocal Lymphoma of Bone With Intensified Promace-Cytabom Chemotherapy and Involved Field Radiotherapy. Am J Hematol. 1998;58(1):1–7. doi: 10.1002/(SICI)1096-8652(199805)58:1<1::AID-AJH1>3.0.CO;2-X.

  44. Seymour JF. Extra-nodal lymphoma in rare localisations: bone, breast and testes. Hematol Oncol. 2013;31(Suppl 1):60–3. doi: 10.1002/hon.2081.

  45. Ng AP, Wirth A, Seymour JF, et al. Early therapeutic response assessment by (18)FDG-positron emission tomography during chemotherapy in patients with diffuse large B-cell lymphoma: Isolated residual positivity involving bone is not usually a predictor of subsequent treatment failure. Leuk Lymphoma. 2007;48(3):596–600. doi: 10.1080/10428190601099965.

  46. Rigacci L, Kovalchuk S, Berti V, et al. The use of Deauville 5-point score could reduce the risk of false-positive fluorodeoxyglucose-positron emission tomography in the posttherapy evaluation of patients with primary bone lymphomas. World J Nucl Med. 2018;17(3):157–65. doi: 10.4103/wjnm.WJNM_42_17.

  47. Juweid ME, Wiseman GA, Vose JM, et al. Response assessment of aggressive non-Hodgkin’s lymphoma by integrated International Workshop Criteria and fluorine-18-fluorodeoxyglucose positron emission tomography. J Clin Oncol. 2005;23(21):4652–61. doi: 10.1200/JCO.2005.01.891.

  48. Cheson BD, Pfistner B, Juweid ME, et al. International Harmonization Project for malignant lymphoma. J Clin Oncol. 2007;25(5):579–86. doi: 10.1200/JCO.2006.09.2403.

  49. Juweid ME, Stroobants S, Hoekstra OS, et al. Use of positron emission tomography for response assessment of lymphoma: consensus of the Imaging Subcommittee of International Harmonization Project in Lymphoma. J Clin Oncol. 2007;25(5):571–8. doi: 10.1200/JCO.2006.08.2305.

  50. Albano D, Agnello F, Patti C, et al. Whole-body magnetic resonance imaging and FDG-PET/CT for lymphoma staging: Assessment of patient experience. Egypt J Radiol Nucl Med. 2017;48(4):1043–7. doi: 1016/j.ejrnm.2017.06.002.

  51. Wang D, Huo Y, Chen S et al. Whole-body MRI versus 18F-FDG PET/CT for pretherapeutic assessment and staging of lymphoma: a meta-analysis. OncoTarg Ther. 2018;11:3597–608. doi: 10.2147/OTT.S148189.

  52. Galia M, Albano D, Tarella C, et al. Whole body magnetic resonance in indolent lymphomas under watchful waiting: the time is now. Eur Radiol. 2017;28(3):1187–93. doi: 10.1007/s00330-017-5071-x.

  53. Toledano-Massiah S, Luciani A, Itti E, et al. Whole-Body Diffusion-weighted Imaging in Hodgkin Lymphoma and Diffuse Large B-Cell Lymphoma. RadioGraph. 2015;35(3):747–64. doi: 10.1148/rg.2015140145.

  54. Koh D, Collins DJ. Diffusion-Weighted MRI in the Body: Applications and Challenges in Oncology. Am J Roentgenol. 2007;188(6):1622–35. doi: 10.2214/AJR.06.1403.

Результаты анализа регионального регистра пациентов с диффузной В-крупноклеточной лимфомой: факторы риска и проблемы иммунохимиотерапии

К.Д. Капланов1,2, Н.П. Волков1, Т.Ю. Клиточенко1, И.В. Матвеева1, А.Л. Шипаева1, М.Н. Широкова 1, Н.В. Давыдова3, Э.Г. Гемджян4, Д.С. Абрамов5, Д.М. Коновалов5, Г.Л. Снигур2, Н.А. Редькина1

1 ГБУЗ «Волгоградский областной клинический онкологический диспансер», ул. Землячки, д. 78, Волгоград, Российcкая Федерация, 400138

2 ГБУ «Волгоградский медицинский научный центр», ул. Рокоссовского, д. 1Г, Волгоград, Российcкая Федерация, 400081

3 ГУЗ «Консультативно-диагностическая поликлиника № 2», ул. Ангарская, д. 114А, Волгоград, Российcкая Федерация, 400081

4 ФГБУ «НМИЦ гематологии» Минздрава России, Новый Зыковский пр-д, д. 4а, Москва, Российская Федерация, 125167

5 ФГБУ «НМИЦ детской гематологии, онкологии и иммунологии им. Дмитрия Рогачева» Минздрава России, ул. Саморы Машела, д. 1, Москва, Российская Федерация, 117997

Для переписки: Камиль Даниялович Капланов, канд. мед. наук, ул. Землячки, д. 78, Волгоград, Российcкая Федерация, 400138; e-mail: kamilos@mail.ru

Для цитирования: Капланов К.Д., Волков Н.П., Клиточенко Т.Ю. и др. Результаты анализа регионального регистра пациентов с диффузной В-крупноклеточной лимфомой: факторы риска и проблемы иммунохимиотерапии. Клиническая онкогематология. 2019;12(2):154–64.

DOI: 10.21320/2500-2139-2019-12-2-154-164


РЕФЕРАТ

Актуальность и цели. Не менее 1/3 больных с диффузной B-крупноклеточной лимфомой (ДВКЛ) демонстрируют резистентность к терапии первой линии. Возможности иммунохимиотерапии R-CHOP признаются неудовлетворительными у пациентов из группы высокого риска. Использование опций, предполагающих увеличение дозоинтенсивности лечения или включение аутоТГСК в первую линию, не подкреплено результатами контролируемых исследований. В этом контексте в настоящей работе рассматриваются возможности, проблемы и неудачи терапии первой линии с учетом длительного наблюдения за популяцией пациентов с ДВКЛ в Волгоградской области.

 Материалы и методы. С 2004 по 2017 г. в популяционный регистр отделения гематологии ГБУЗ «Волгоградский областной клинический онкологический диспансер» были включены все первичные больные ДВКЛ — 492 человека: 235 (48 %) мужчин, 257 (52 %) женщин, в возрасте 18–88 лет. Средний и медиана возраста составили 59 и 61 год соответственно. Терапию CHOP получило 206 (42 %) больных, R-CHOP — 223 (45 %). Другие режимы, включая программы NHL-BFM-90 и R-DA-EPOCH, применялись только у 63 (13 %) пациентов. Терапию второй и третьей линий получило 145 (30 %) и 54 (11 %) больных соответственно. Значение международного прогностического индекса (IPI) и иммуноморфологических показателей оценивалось в многофакторном регрессионном анализе Кокса. Фармакоэкономический аспект неудач терапии первой линии был проанализирован с помощью модели Маркова.

Результаты. Улучшение результатов терапии ДВКЛ при использовании иммунохимиотерапии R-CHOP прежде всего очевидно в группах хорошего и промежуточного прогноза, где показатели 5-летней общей выживаемости (ОВ) составляют 90 и 69 % соответственно. Результаты R-CHOP расцениваются как неудовлетворительные в группе высокого риска: 5-летняя ОВ составила 38 %. Фармакоэкономический анализ подтверждает преимущество стратегии иммунохимиотерапии в сравнении с периодом «до ритуксимаба» по показателям «добавленных лет жизни» (LYG) и отношения «затраты-эффективность лечения» (ICER). Среди иммуноморфологических параметров, влияющих на результаты иммунотерапии, следует отметить экспрессию опухолевыми клетками bcl-2. В группе с экспрессией bcl-2 > 50 % 5-летняя ОВ составила 61 % при медиане 88 мес., бессобытийная выживаемость (БСВ) — 52 % при медиане 62 мес. В группе без экспрессии bcl-2 выше порогового уровня 5-летние ОВ и БСВ составили 88 и 75 % соответственно, медианы не достигнуты. При коэкспрессии c-myc и bcl-2 показатели БСВ и ОВ оказались худшими: 5-летняя БСВ — 29 % с медианой 6 мес., 5-летняя ОВ — 31 % с медианой 15 мес.

Заключение. Результаты анализа реальной практики свидетельствуют о необходимости новых опций терапии первой линии при ДВКЛ для пациентов с высоким риском и внедрения новых дискриминирующих прогностических факторов, в т. ч. не зависящих от IPI.

Ключевые слова: диффузная В-крупноклеточная лимфома, R-CHOP, иммунохимиотерапия, выживаемость, фармакоэкономика, модель Маркова, «добавленные годы жизни» (LYG), «затраты-эффективность» (ICER).

Получено: 16 июля 2018 г.

Принято в печать: 10 января 2019 г.

Читать статью в PDF 


ЛИТЕРАТУРА

  1. Armitage JO, Weisenburger DD. New approach to classifying non-Hodgkin’s lymphomas: clinical features of the major histologic subtypes. Non-Hodgkin’s Lymphoma Classification Project. J Clin Oncol. 1998;16(8):2780–95. doi: 10.1200/JCO.1998.16.8.2780.

  2. Smith A, Howell D, Patmore R, et al. Incidence of haematological malignancy by sub-type: a report from the Haematological Malignancy Research Network. Br J Cancer. 2011;105(11):1684–92. doi: 10.1038/bjc.2011.450.

  3. Cunningham D, Hawkes EA, Jack A, et al. Rituximab plus cyclophosphamide, doxorubicin, vincristine, and prednisolone in patients with newly diagnosed diffuse large B-cell non-Hodgkin lymphoma: a phase 3 comparison of dose intensification with 14-day versus 21-day cycles. Lancet. 2013;381(9880):1817–26. doi: 10.1016/S0140-6736(13)60313-X.

  4. Ziepert, M, Hasenclever D, Kuhnt E, et al. Standard international prognostic index remains a valid predictor of outcome for patients with aggressive CD20+ B-cell lymphoma in the rituximab era. J Clin Oncol. 2010;28(14):2373–80. doi: 10.1200/JCO.2009.26.2493.

  5. Swerdlow SH, Campo E, Pileri SA, et al. The 2016 revision of the World Health Organization classification of lymphoid neoplasms. Blood. 2016;127(20):2375–90. doi: 10.1182/blood-2016-01-643569.

  6. Sehn LH, Gascoyne RD. Diffuse large B-cell lymphoma: optimizing outcome in the context of clinical and biologic heterogeneity. Blood. 2015;125(1):22–32. doi: 10.1182/blood-2014-05-577189.

  7. Tilly H, Gomes da Silva M, Vitolo U, et al. Diffuse large B-cell lymphoma (DLBCL): ESMO Clinical Practice Guidelines for diagnosis, treatment and follow-up. Ann Oncol. 2015;26(Suppl 5):v116–25. doi: 10.1093/annonc/mdv304.

  8. Prochazka KT, Melchardt T, Posch F, et al. NCCN-IPI score-independent prognostic potential of pretreatment uric acid levels for clinical outcome of diffuse large B-cell lymphoma patients. Br J Cancer. 2016;115(10):1264–72. doi: 10.1038/bjc.2016.325.

  9. Montalban C, Diaz-Lopez A, Dlouhy I, et al. Validation of the NCCN-IPI for diffuse large B-cell lymphoma (DLBCL): the addition of beta2-microglobulin yields a more accurate GELTAMO-IPI. Br J Haematol. 2017;176(6):918–28. doi: 10.1111/bjh.14489.

  10. Wight J, Chong G, Grigg A, et al. Prognostication of diffuse large B-cell lymphoma in the molecular era: moving beyond the IPI. Blood. 2018;32(5):400–15. doi: 10.1016/j.blre.2018.03.005.

  11. Khor S, Beca J, Krahm M, et al. Real world costs and cost-effectiveness of Rituximab for diffuse large B-cell lymphoma patients: A population-based analysis. BMC Cancer. 2014;14(1):586. doi: 10.1186/1471-2407-14-586.

  12. Van Keep M, Gairy K, Seshagiri D, et al. Cost-effectiveness analysis of bortezomib in combination with rituximab, cyclophosphamide, doxorubicin, vincristine and prednisone (VR-CAP) in patients with previously untreated mantle cell lymphoma. BMC Cancer. 2016;16(1):598. doi: 10.1186/s12885-016-2633-2.

  13. Капланов К.Д., Шипаева А.Л., Васильева В.А. и др. Международный прогностический индекс при распространенных стадиях лимфомы Ходжкина в условиях современной терапии. Клиническая онкогематология. 2013;6(3):294–302.

    [Kaplanov KD, Shipaeva AL, Vasil’eva VA, et al. International prognostic score in advanced Hodgkin’s lymphoma. Klinicheskaya onkogematologiya. 2013;6(3):294–302. (In Russ)]

  14. Капланов К.Д., Шипаева А.Л., Васильева В.А. и др. Эффективность программ химиотерапии первой линии при различных стадиях лимфомы Ходжкина. Клиническая онкогематология. 2012;5(1):22–9.

    [Kaplanov KD, Shipaeva AL, Vasil’eva VA, et al. Efficacy of first line chemotherapy programs for different stages of Hodgkin’s lymphomas. Klinicheskaya onkogematologiya. 2012;5(1):22–9. (In Russ)]

  15. Капланов К.Д., Волков Н.П., Клиточенко Т.Ю. и др. Первая линия терапии лимфомы из клеток зоны мантии: анализ эффективности и клинико-экономическая оценка. Клиническая онкогематология. 2018;11(2):150–9. doi: 10.21320/2500-2139-2018-11-2-150-159.

    [Kaplanov KD, Volkov NP, Klitochenko TYu, et al. First-Line Treatment of Mantle-Cell Lymphoma: Analysis of Effectiveness and Cost-Effectiveness. Clinical oncohematology. 2018;11(2):150–9. doi: 10.21320/2500-2139-2018-11-2-150-159. (In Russ)]

  16. Abner EL, Charnigo RJ, Kryscio RJ, et al. Markov chains and semi-Markov models in time-to-event analysis. J Biom Biostat. 2013;S1:e001. doi: 10.4172/2155-6180.S1-e001.

  17. Wyndham W, Jung sin-Ho, Brandelyn P, et al. Phase III Randomized Study of R-CHOP Versus DA-EPOCH-R and Molecular Analysis of Untreated Diffuse Large B-Cell Lymphoma: CALGB/Alliance 50303. Blood. 2016;128:469.

  18. The International Non-Hodgkin’s Lymphoma Prognostic Factors Project. A predictive model for aggressive non-Hodgkin’s lymphoma. N Engl J Med. 1993;329(14):987–94. doi: 10.1056/NEJM199309303291402.

  19. Wang HI, Smith A, Aas E, et al. Treatment cost and life expectancy of diffuse large B-cell lymphoma (DLBCL): a discrete event simulation model on a UK population-based observational cohort. Eur J Health Econ. 2017;18(2):255–67. doi: 10.1007/s10198-016-0775-4.

  20. Gisselbrecht C, Glass B, Mounier N, et al. Salvage regimens with autologous transplantation for relapsed large B-cell lymphoma in the rituximab era. J Clin Oncol. 2010; 28(27):4184–90. doi: 10.1200/JCO.2010.28.1618.

  21. Gisselbrecht C, Schmitz N, Mounier N, et al. Rituximab maintenance therapy after autologous stem-cell transplantation in patients with relapsed CD20(+) diffuse large B-cell lymphoma: final analysis of the collaborative trial in relapsed aggressive lymphoma. J Clin Oncol. 2012;30(36):4462–9. doi: 10.1200/JCO.2012.41.9416.

  22. Crump M, Neelapu SS, Farooq U, et al. Outcomes in refractory diffuse large B-cell lymphoma: results from the international SCHOLAR-1 study. Blood. 2017;130(16):1800–8. doi: 10.1182/blood-2017-11-817775.

  23. Sehn LH, Berry B, Chhanabhai M, et al. The revised International Prognostic Index (R-IPI) is a better predictor of outcome than the standard IPI for patients with diffuse large B-cell lymphoma treated with R-CHOP. Blood. 2007;109(5):1857–61. doi: 10.1182/blood-2006-08-038257.

  24. Gang AO, Pedersen M, d’Amore F, et al. A clinically based prognostic index for diffuse large B-cell lymphoma with a cut-off at 70 years of age significantly improves prognostic stratification: population-based analysis from the Danish Lymphoma Registry. Leuk Lymphoma. 2015;56(9):2556–62. doi: 10.3109/10428194.2015.1010078.

  25. Zhou Z, Sehn LH, Rademaker AW, et al. An enhanced International Prognostic Index (NCCN-IPI) for patients with diffuse large B-cell lymphoma treated in the rituximab era. Blood 2014;123(6):837–42. doi: 10.1182/blood-2014-06-583476.

  26. Royston P, Altman DG, Sauerbrei W. Dichotomizing continuous predictors in multiple regression: a bad idea. Stat Med. 2006;25(1):127–41. doi: 10.1002/sim.2331.

  27. Harrell FE. Regression modeling strategies. New York: Springer-Verlag; 2001. doi: 10.1007/978-1-4757-3462-1.

  28. Biccler J, Eloranta S, de Nully Brown P, et al. Simplicity at the cost of predictive accuracy in diffuse large B-cell lymphoma: a critical assessment of the R-IPI, IPI, and NCCN-IPI. Cancer Med. 2018;7(1):114–22. doi: 10.1002/cam4.1271.

  29. Johnson NA, Slack GW, Savage KJ, et al. Concurrent expression of MYC and BCL2 in diffuse large B-cell lymphoma treated with rituximab plus cyclophosphamide, doxorubicin, vincristine, and prednisone. J Clin Oncol. 2012;30(28):3452–9. doi: 10.1200/JCO.2011.41.0985.

  30. Schneider KMС, Banks PM, Collie AM, et al. Dual expression of MYC and BCL2 proteins predicts worse outcomes in diffuse large B-cell lymphoma. Leuk Lymphoma. 2016;57(7):1640–8. doi: 10.3109/10428194.2015.1101099.

  31. Barrans SL, Evans PA, O’Connor SJ, et al. The t(14;18) is associated with germinal center-derived diffuse large B-cell lymphoma and is a strong predictor of outcome. Clin Cancer Res. 2003;9(6):2133–9.

  32. Tsuyama N, Sakata S, Baba S, et al. BCL2 expression in DLBCL: reappraisal of immunohistochemistry with new criteria for therapeutic biomarker evaluation. Blood. 2017;130(4):489–500. doi: 10.1182/blood-2016-12-759621.

  33. Burton C, Barrans S, Ahmed S, et al. Cross-Platform validation of gene expression profiling (GEP) based cell of origin classification in a clinical laboratory setting. Hematol Oncol. 2017;35(S2):107. doi: 10.1002/hon.2437_96.

Клиническая эффективность хелаторной терапии у пациентов с миелодиспластическим синдромом низкого риска

С.В. Грицаев, И.И. Кострома, А.А. Жернякова

ФГБУ «Российский НИИ гематологии и трансфузиологии ФМБА», ул. 2-я Советская, д. 16, Санкт-Петербург, Российская Федерация, 191024

Для переписки: Сергей Васильевич Грицаев, д-р мед. наук, ул. 2-я Советская, д. 16, Санкт-Петербург, Российская Федерация, 191024; тел.: +7(812)717-54-68; e-mail: gritsaevsv@mail.ru

Для цитирования: Грицаев С.В., Кострома И.И., Жернякова А.А. Клиническая эффективность хелаторной терапии у пациентов с миелодиспластическим синдромом низкого риска. Клиническая онкогематология. 2019;12(2):120–4.

DOI: 10.21320/2500-2139-2019-12-2-120-124


РЕФЕРАТ

В обзоре литературы представлены данные, свидетельствующие о возможности улучшения показателей крови и выживаемости у больных с миелодиспластическим синдромом низкого риска с трансфузионной зависимостью при назначении хелаторов железа. Адекватность дозы и длительность терапии — основные условия клинической эффективности хелаторов. Снижению токсических осложнений может способствовать перевод больного на прием новой формулы деферазирокса, не требующей предварительного растворения в жидкости.

Ключевые слова: миелодиспластический синдром, низкий риск, трансфузионная зависимость, хелаторы железа, выживаемость.

Получено: 20 августа 2018 г.

Принято в печать: 2 февраля 2019 г.

Читать статью в PDF 


ЛИТЕРАТУРА

  1. Greenberg P, Cox C, LeBeau MM, et al. International scoring system for evaluating prognosis in myelodysplastic syndromes. Blood. 1997;89(6):2079–88.

  2. Bennett JM. Consensus statement on iron overload in myelodysplastic syndromes. Am J Hematol. 2008;83(11):858–61. doi: 10.1002/ajh.21269.

  3. Malcovati L, Porta MG, Pascutto C, et al. Prognostic factors and life expectancy in myelodysplastic syndromes classified according to WHO criteria: a basis for clinical decision making. J Clin Oncol. 2005;23(30):7594–603. doi: 1200/JCO.2005.01.7038.

  4. Steensma DP, Bennett JM. The myelodysplastic syndromes: Diagnosis and treatment. Mayo Clin Proc. 2006;81(1):104–30. doi: 10.4065/81.1.104.

  5. Mitchell M, Gore SD, Zeidan AM. Iron chelation therapy in myelodysplastic syndromes: where do we stand? Expert Rev Hematol. 2013;6(4):397–410. doi: 10.1586/17474086.2013.814456.

  6. Gattermann N, Jarisch A, Schlag R, et al. Deferasirox treatment of iron-overloaded chelation-naive and prechelated patients with myelodysplastic syndromes in medical practice: results from the observational studies eXtend and eXjange. Eur J Haematol. 2012;88(3):260–8. doi: 10.1111/j.1600-0609.2011.01726.x.

  7. List AF, Baer MR, Steensma DP, et al. Deferasirox reduces serum ferritin and labile plasma iron in RBC transfusion-dependent patients with myelodysplastic syndrome. J Clin Oncol. 2012;30(17):2134–9. doi: 10.1200/JCO.2010.34.1222.

  8. Greenberg PL, Koller CA, Cabantchik ZI, et al. Prospective assessment of effects on iron-overload parameters of deferasirox therapy in patients with myelodysplastic syndromes. Leuk Res. 2010;34(12):1560–5. doi: 10.1016/j.leukres.2010.06.013.

  9. Remacha AF, Arrizabalaga B, Del Canizo C, et al. Iron overload and chelation therapy in patients with low-risk myelodysplastic syndromes with transfusion requirements. Ann Hematol. 2010;89(2):147–54. doi: 10.1007/s00277-009-0794-7.

  10. Rose C, Brechignac S, Vassilief D, et al. Does iron chelation therapy improve survival in regularly transfused lower risk MDS patients? A multicenter study by the GFM (Groupe Francophone des Myelodysplasies). Leuk Res. 2010;34(7):864–70. doi: 10.1016/j.leukres.2009.12.004.

  11. Malcovati L. Impact of transfusion dependency and secondary iron overload on the survival of patients with myelodysplastic syndromes. Leuk Res. 2007;31(Suppl 3):S2–6. doi: 10.1016/S0145-2126(07)70459-9.

  12. Kohgo Y, Ikuta K, Ohtake T, et al. Body iron metabolism and pathophysiology of iron overload. Int J Hematol. 2008;88(1):7–15. doi: 10.1007/s12185-008-0120-5.

  13. Andrews NC. Closing the iron gate. N Engl J Med. 2012;366(4):376–7. doi: 10.1056/NEJMcibr1112780.

  14. Gardenghi S, Marongiu MF, Ramos P, et al. Ineffective erythropoiesis in beta-thalassemia is characterized by increased iron absorption mediated by down-regulation of hepcidin and up-regulation of ferroportin. 2007;109(11):5027–35. doi: 10.1182/blood-2006-09-048868.

  15. Andrews NC. Disorders of iron metabolism. N Engl J Med. 1999;341(26):1986–95. doi: 10.1056/NEJM199912233412607.

  16. Takatoku M, Uchiyama T, Okamoto S, et al. Retrospective nationwide survey of Japanese patients with transfusion-dependent MDS and aplastic anemia highlights the negative impact of iron overload on morbidity/mortality. Eur J Haematol. 2007;78(6):487–94. doi: 10.1111/j.1600-0609.2007.00842.x.

  17. Gattermann N. Iron overload in myelodysplastic syndromes. Int J Hematol. 2018;107(1):55–63. doi: 10.1007/s12185-017-2367-1.

  18. Lyons R, Marek B, Paleyc C, et al. Relation between chelation and clinical outcomes in lower-risk patients with myelodysplastic syndromes: Registry analysis at 5 years. Leuk Res. 2017;56:88–95. doi: 10.1016/j.leukres.2017.01.033.

  19. Leitch H, Parmar A, Wells R, et al. Overall survival in lower IPSS risk MDS by receipt of iron chelation therapy, adjusting for patient-related factors and measuring from time of first red blood cell transfusion dependence: an MDS-CAN analysis. Br J Haematol. 2017;179(1):83–97. doi: 10.1111/bjh.14825.

  20. Mainous A, Tanner R, Hulihan M, et al. The impact of chelation therapy on survival in transfusional iron overload: a meta-analysis of myelodysplastic syndrome. Br J Haematol. 2014;167(5):720–3. doi: 10.1111/bjh.13053.

  21. Abraham I, Yami M, Yun S et al. Survival outcomes in iron chelated and non-chelated patients with lower-risk myelodysplastic syndromes: Review and pooled analysis of observational studies. Leuk Res. 2017;57:104–8. doi: 10.1016/j.leukres.2017.03.007.

  22. Gattermann N, Finelli C, Della Porta M, et al. Hematologic responses to deferasirox therapy in transfusion-dependent patients with myelodysplastic syndromes. Haematologica. 2012;97(9):1364–71. doi: 10.3324/haematol.2011.048546.

  23. Pullarkat V. Objectives of iron chelation therapy in myelodysplastic syndromes: more than meets the eye? Blood. 2009;114(26):5251–5. doi: 10.1182/blood-2009-07-234062.

  24. Zeidan AM, Hendrick F, Friedmann E, et al. Deferasirox therapy is associated with reduced mortality risk in a medicare population with myelodysplastic syndromes. J Comp Eff Res. 2015;4(4):327–40. doi: 10.2217/cer.15.20.

  25. Improta S, Villa MR, Volpe A, et al. Transfusion-dependent low-risk myelodysplastic patients receiving deferasirox: Long-term follow-up. Oncol Lett. 2013;6(6):1774–8. doi: 10.3892/ol.2013.1617.

  26. Breccia M, Voso M, Spiriti M, et al. An increase in hemoglobin, platelets and white blood cells levels by iron chelation as single treatment in multitransfused patients with myelodysplastic syndromes: clinical evidences and possible biological mechanisms. Ann Hematol. 2015;94(5):771–7. doi: 10.1007/s00277-015-2341-z.

  27. Delforge M, Selleslag D, Beguin Y, et al. Adequate iron chelation therapy for at least six months improves survival in transfusion-dependent patients with lower risk myelodysplastic syndromes. Leuk Res. 2014;38(5):557–63. doi: 10.1016/j.leukres.2014.02.003.

  28. Cermak J, Jonasova A, Vondrakova J, et al. A comparative study of deferasirox and deferiprone in the treatment of iron overload in patients with myelodysplastic syndromes. Leuk Res. 2013;37(12):1612–5. doi: 10.1016/j.leukres.2013.07.021.

  29. Nolte F, Angelucci E, Breccia M, et al. Updated recommendations on the management of gastrointestinal disturbances during iron chelation therapy with deferasirox in transfusion dependent patients with myelodysplastic syndrome – emphasis on optimized dosing schedules and new formulations. Leuk Res. 2015;39(10):1028–33. doi: 10.1016/j.leukres.2015.06.008.

  30. Taher AT, Origa R, Perrotta S, et al. New film-coated tablet formulation of deferasirox is well tolerated in patients with thalassemia or lower-risk MDS: Results of the randomized, phase II ECLIPSE study. Am J Hematol. 2017;92(5):420–8. doi: 10.1002/ajh.24668.

  31. Джадену® (инструкция по медицинскому применению). Швейцария: Novartis pharma, AG. Доступно по: https://www.vidal.ru/drugs/dzhadenu. Ссылка активна на11.2018. [Dzhadenu® (package insert). Switzerland: Novartis pharma, AG. Available from: https://www.vidal.ru/drugs/dzhadenu. (accessed 30.11.2018) (In Russ)]

Эпидемиология множественной миеломы в Новосибирске (Сибирский федеральный округ)

Н.В. Скворцова1, Т.И. Поспелова1, И.Б. Ковынев1, Г.С. Солдатова2, И.Н. Нечунаева3

1 ФГБОУ ВО «Новосибирский государственный медицинский университет» Минздрава России, Красный пр-т, д. 52, Новосибирск, Российская Федерация, 630091

2 ФГАОУ ВО «Новосибирский национальный исследовательский государственный университет», ул. Пирогова, д. 2, Новосибирск, Российская Федерация, 630090

3 ГБУЗ Новосибирской области «Городская клиническая больница № 2», Гематологический центр, ул. Ползунова, д. 21, Новосибирск, Российская Федерация, 630051

Для переписки: Наталия Валерьевна Скворцова, канд. мед. наук, Красный пр-т, д. 52, Новосибирск, Российская Федерация, 630091; тел.: +7(905)955-59-91; e-mail: nata_sk78@mail.ru.

Для цитирования: Скворцова Н.В., Поспелова Т.И., Ковынев И.Б. и др. Эпидемиология множественной миеломы в Новосибирске (Сибирский федеральный округ). Клиническая онкогематология. 2019;12(1):86–94.

DOI: 10.21320/2500-2139-2019-12-1-86-94


РЕФЕРАТ

Цель. Анализ основных эпидемиологических показателей множественной миеломы (регистрируемая заболеваемость, распространенность, летальность, выживаемость) в крупном мегаполисе — г. Новосибирске (Сибирский федеральный округ).

Материалы и методы. Объектом исследования служила медицинская документация 335 пациентов с впервые диагностированной множественной миеломой (ММ), наблюдавшихся с 1 января 2006 г. по 31 декабря 2016 г. в Городском гематологическом центре Новосибирска. Медиана возраста больных составила 67 лет (диапазон 30–89 лет), женщин было 218 (65 %), мужчин — 117 (35 %).

Результаты. Средняя регистрируемая заболеваемость ММ в Новосибирске за последние 10 лет увеличилась в 1,6 раза, а распространенность — в 4,9. Эти показатели составили 2,4 и 13,8 случая на 100 000 населения в год соответственно с линейным трендом роста, что указывает не только на повышение числа пациентов с впервые диагностированной ММ, но и на увеличение продолжительности их жизни. Показатели заболеваемости и распространенности ММ статистически значимо выше среди женщин, чем мужчин, что, вероятнее всего, объясняется особенностями административных факторов региона. Ежегодная летальность больных ММ уменьшилась с 28,3 до 8,2 % с отрицательным линейным трендом на протяжении всего анализируемого периода, что, вероятнее всего, связано с возможностью использовать новые лекарственные средства и трансплантационные технологии.

Заключение. Полученные эпидемиологические данные позволят планировать оказание своевременной и эффективной помощи пациентам с ММ, а также разработать систему обоснованного распределения дорогостоящего оборудования и лекарственных препаратов.

Ключевые слова: множественная миелома, эпидемиология, регистрируемая заболеваемость, распространенность, летальность, выживаемость.

Получено: 24 сентября 2018 г.

Принято в печать: 27 декабря 2018 г.

Читать статью в PDF 


ЛИТЕРАТУРА

  1. Менделеева Л.П., Вотякова О.М., Покровская О.С. и др. Национальные клинические рекомендации по диагностике и лечению множественной миеломы. Гематология и трансфузиология. 2016;61(1, прил. 2):1–24. doi: 10.18821/0234-5730-2016-61-1(Прил.2).

    [Mendeleeva LP, Votyakova OM, Pokrovskaya OS, et al. National clinical guidelines on diagnosis and treatment of multiple myeloma. Gematologiya i transfuziologiya. 2016;61(1, Suppl 2):1–24. doi: 10.18821/0234-5730-2016-61-1(Прил.2). (In Russ)]

  2. Kyle RA, Rajkumar SV. Epidemiology of the plasma-cell disorders. Best Pract Res Clin Haematol. 2007;20(4):637–64. doi: 10.1016/j.beha.2007.08.001.

  3. Waxman AJ, Mink PJ, Devesa SS, et al. Racial disparities in incidence and outcome in multiple myeloma: a population-based study. Blood. 2010;116(25):5501–6. doi: 10.1182/blood-2010-07-298760.

  4. de Queiroz Crusoe E, Marinho da Silva AM, Agareno J, et al. Multiple myeloma: a rare case in an 8-year-old child. Clin Lymph Myel Leuk. 2015;15(1):e31–3. doi: 10.1016/j.clml.2014.08.004.

  5. Аль-Ради Л.С., Белоусова И.Э., Барях Е.А. и др. Российские клинические рекомендации по диагностике и лечению лимфопролиферативных заболеваний. Современная онкология. 2013;Экстравыпуск:6–102.

    [Al’-Radi LS, Belousova IE, Baryakh EA, et al. Russian clinical guidelines on diagnosis and treatment of lymphoproliferative disorders. Sovremennaya onkologiya. 2013;Special Issue:6–102. (In Russ)]

  6. Ковынев И.Б., Поспелова Т.И., Агеева Т.А. и др. Частота и структура неходжкинских злокачественных лимфом в Новосибирске, НСО и городах Сибирского федерального округа. Бюллетень Сибирского отделения РАМН. 2006;26(4):175–81.

    [Kovynev IB, Pospelova TI, Ageeva TA, et al. Incidence and structure of non-Hodgkin’s malignant lymphomas in Novosibirsk, Novosibirsk Region, and cities of Siberian Federal District. Byulleten’ Sibirskogo otdeleniya RAMN. 2006;26(4):175–81. (In Russ)]

  7. Kazandjian D. Multiple myeloma epidemiology and survival: A unique malignance. Semin Oncol. 2016;43(6):676–81. doi: 10.1053/j.seminoncol.2016.11.004.

  8. Becker N. Epidemiology of multiple myeloma. Rec Res Cancer Res. 2011;183:25–35. doi: 10.1007/978-3-540-85772-3_2.

  9. Jemal A, Siegel R, Ward E, et al. Cancer statistics. CA Cancer J Clin. 2007;57(1):43–66. doi: 10.3322/canjclin.57.1.43.

  10. Ruzafa JC, Merinopoulou E, Baggaley RF, et al. Patient population with multiple myeloma and transitions across different lines of therapy in the USA: an epidemiologic model. Pharmacoepidemiol Drug Saf. 2016;25(8):871–9. doi: 10.1002/pds.3927.

  11. Rosenberg PS, Barker KA, Anderson WF. Future distribution of multiple myeloma in the United States by sex, age, and race/ethnicity. Blood. 2015;125(2):410–2. doi: 10.1182/blood-2014-10-609461.

  12. Yamabe K, Inoue S, Hiroshima C. Epidemiology and burden of multiple myeloma in Japan: a systematic review. Value Health. 2015;18(7):A449. doi: 10.1016/j.jval.2015.09.1129.

  13. Hong J, Lee JH. Recent advances in multiple myeloma: a Korean perspective. Korean J Intern Med. 2016;31(5):820–34. doi: 10.3904/kjim.2015.408.

  14. Chen XC, Chen XZ. Epidemiological differences in haematological malignancies between Europe and China. Lancet Oncol. 2014;15(11):е471–2. doi: 10.1016/S1470-2045(14)70441-3.

  15. Chen JH, Chung CH, Wang YC, et al. Prevalence and mortality-related factors of multiple myeloma in Taiwan. PLoS One. 2016;11(12):e0167227. doi: 10.1371/journal.pone.0167227.

  16. Лучинин А.С., Семочкин С.В., Минаев Н.В. и др. Эпидемиология множественной миеломы по данным анализа популяционного регистра Кировской области. Онкогематология. 2017;12(3):50–6. doi: 10.17650/1818-8346-2017-12-3-50-56.

    [Luchinin AS, Semochkin SV, Minaeva NV, et al. Epidemiology of Multiple Myeloma According to the Кirov Region Population Registers. Oncohematology. 2017;12(3):50–6. doi: 10.17650/1818-8346-2017-12-3-50-56. (In Russ)]

  17. Kristinsson SY, Landgren O, Dickman PW, et al. Patterns of survival in multiple myeloma: a population-based study of patients diagnosed in Sweden from 1973 to 2003. J Clin Oncol. 2007;25(15):1993–9. doi: 10.1200/jco.2006.09.0100.

  18. Brenner H, Gondos A, Pulte D. Recent major improvements in long-term survival of younger patients with multiple myeloma. Blood. 2008;111(5):2521–6. doi: 10.1182/blood-2007-08-104984.

  19. Schaapveld M, Visser O, Siesling S, et al. Improved survival among younger but not among older patients with multiple myeloma in the Netherlands, a population-based study since 1989. Eur J Cancer. 2010;46(1):160–9. doi: 10.1016/j.ejca.2009.07.006.

  20. Kumar SK, Rajkumar SV, Dispenzieri A, et al. Improved survival in multiple myeloma and the impact of novel therapies. Blood. 2008;111(5):2516–20. doi: 10.1182/blood-2007-10-116129.

  21. Altekruse SF, Kosary CL, Krapcho M, et al. SEER Cancer Statistics Review. Bethesda, MD: National Cancer Institute; 1975–2007. Available from: http://seer.cancer.gov/csr/1975_2007/ (accessed 6.11.2018).

  22. Каприн А.Д., Старинский В.В., Петрова Г.В. Злокачественные новообразования в России в 2015 г. (заболеваемость и смертность). М.: МНИОИ им. П.А. Герцена, 2017. 250 с.

    [Kaprin AD, Starinskii VV, Petrova GV. Zlokachestvennye novoobrazovaniya v Rossii v 2015 g. (zabolevaemost’ i smertnost’). (Malignant neoplasms in Russia in 2015: incidence and mortality.) Moscow: PA Herzen MNIOI Publ.; 2017. 250 p. (In Russ)]

  23. Володичева Е.М., Воробьева Т.В., Пивник А.В. Анализ заболеваемости множественной миеломой в Тульской области. Проблемы гематологии и переливания крови. 2000;4:31–4.

    [Volodicheva EM, Vorob’eva TV, Pivnik AV. Analysis of multiple myeloma incidence in the Tula region. Problemy gematologii i perelivaniya krovi. 2000;4:31–4. (In Russ)]

  24. Капорская Т.С., Киселев И.В., Силин А.П. Анализ заболеваемости множественной миеломой в Иркутской области. Сибирский медицинский журнал. 2006;66(8):65–7.

    [Kaporskaya TS, Kiselev IV, Silin AP. Analysis of multiple myeloma incidence in the Irkutsk region. Sibirskii meditsinskii zhurnal. 2006;66(8):65–7. (In Russ)]

  25. Гильфанова Л.Р., Крисанкова К.А. Новосибирская агломерация: проблемы и перспективы развития. Новая наука: теоретический и практический взгляд. 2017;1(4):116–9.

    [Gil’fanova LR, Krisankova KA. Novosibirsk agglomeration: challenges and prospects for the development. Novaya nauka: teoreticheskii i prakticheskii vzglyad. 2017;1(4):116–9. (In Russ)]

  26. Региональная база статистических данных «Новосибирская область» [электронный документ]. Доступно по: http://www.novosibstat.gks.ru. Ссылка активна на 6.11.2018.

    [Regional statistical database “Novosibirsk region” [Internet]. Available from: http://www.novosibstat.gks.ru. (accessed 6.11.2018) (In Russ)]

  27. Durie BGM, Harousseau J-L, Miguel JS, et al. International uniform response criteria for multiple myeloma. Leukemia. 2006;20(9):1467–73. doi: 10.1038/sj.leu.2404284.

  28. Pulte D, Jansen L, Castro FA, et al. Trends in survival of multiple myeloma patients in Germany and the United States in the first decade of the 21st century. Br J Haematol. 2015;171(2):189–96. doi: 10.1111/bjh.13537.

  29. Лосева М.И., Поспелова Т.И., Гавалова Р.Ф. и др. Полиорганная патология у больных гемобластозами в отдаленном периоде лечения. Терапевтический архив. 1999;71(7):39–42.

    [Loseva MI, Pospelova TI, Gavalova RF, et al. Multiple organ failure in patients with tumors of hematopoietic tissue during long-term follow-up. Terapevticheskii arkhiv. 1999;71(7):39–42. (In Russ)]

 

Клинико-гематологические показатели прогноза ответа на терапию первой линии у пациентов с диффузной В-крупноклеточной лимфомой

С.В. Самарина1, Е.Л. Назарова1, Н.В. Минаева1, Е.Н. Зотина1, И.В. Парамонов1, С.В. Грицаев2

1 ФГБУН «Кировский научно-исследовательский институт гематологии и переливания крови ФМБА», ул. Красноармейская, д. 72, Киров, Российская Федерация, 610027

2 ФГБУ «Российский НИИ гематологии и трансфузиологии ФМБА», ул. 2-я Советская, д. 16, Санкт-Петербург, Российская Федерация, 191024

Для переписки: Светлана Валерьевна Самарина, ул. Красноармейская, д. 72, Киров, Российская Федерация, 610027; e-mail: samarinasv2010@mail.ru

Для цитирования: Самарина С.В., Назарова Е.Л., Минаева Н.В. и др. Клинико-гематологические показатели прогноза ответа на терапию первой линии у пациентов с диффузной В-крупноклеточной лимфомой. Клиническая онкогематология. 2019;12(1):68–72.

DOI: 10.21320/2500-2139-2019-12-1-68-72


РЕФЕРАТ

Цель. Оценить прогностическое значение клинико-гематологических показателей, используемых в повседневной работе врача-гематолога для разделения больных диффузной В-крупноклеточной лимфомой (ДВКЛ) на группы риска, и обосновать необходимость поиска новых факторов прогноза.

Методы. В исследование включен 101 пациент с впервые диагностированной ДВКЛ в возрасте 18–80 лет (медиана 58 лет). Женщин было 53, мужчин — 48. В качестве терапии первой линии пациенты получали программу R-CHOP. В зависимости от ответа на терапию все больные разделены на 4 группы: с полным ответом (ПО; n = 58), частичным ответом (ЧО; n = 15), резистентностью к первой линии терапии (n = 19), ранними рецидивами (РР; n = 9). Медиана наблюдения за больными составила 22 мес. (диапазон 2–120 мес.).

Результаты. При оценке влияния возраста на эффективность терапии по схеме R-СНОР в первой линии значимой разницы в частоте ответов у пациентов моложе и старше 65 лет не установлено. Выявлены статистически значимые различия при анализе двух параметров международного прогностического индекса (IPI; стадия заболевания, экстранодальные поражения) и В-симптомов в группах с ПО и резистентным течением заболевания. При этом статистически значимой разницы по этим же показателям в группах с ПО и РР не обнаружено. Медиана 2-летней безрецидивной выживаемости у больных с ПО не была достигнута. У пациентов с ЧО она составила 12 мес. Медиана 2-летней общей выживаемости у больных с ПО, ЧО и РР не была достигнута, а у пациентов с резистентным течением ДВКЛ она составила 10 мес.

Заключение. Результаты проведенного исследования подтверждают прогностическую значимость факторов, используемых для разделения больных ДВКЛ на группы риска. Вместе с тем вариабельность клинического течения заболевания, особенно при низком показателе IPI, свидетельствует о необходимости поиска новых прогностических параметров, связанных с течением ДВКЛ.

Ключевые слова: диффузная В-крупноклеточная лимфома, прогноз, индукционная терапия, выживаемость.

Получено: 5 июня 2018 г.

Принято в печать: 3 декабря 2018 г.

Читать статью в PDF 


ЛИТЕРАТУРА

  1. Teras LR, DeSantis CE, Cerhan JR, et al. 2016 US lymphoid malignancy statistics by World Health Organization subtypes. CA: Cancer J Clin. 2016;66(6):443–59. doi: 10.3322/caac.21357.

  2. Tilly H, Vitolo U, Walewski J, et al. Diffuse large B-cell lymphoma (DLBCL): ESMO clinical practice guidelines for diagnosis, treatment and follow-up. Ann Oncol. 2012;23(Suppl 7):vii78–82. doi: 10.1093/annonc/mds273.

  3. Friedberg JW. Relapsed/refractory diffuse large B-cell lymphoma. Hematology. 2011;2011(1):498–505. doi: 10.1182/asheducation-2011.1.498.

  4. Coiffier B, Sarkozy C. Diffuse large B-cell lymphoma: R-CHOP failure-what to do? Hematology. 2016;2016(1):366–78. doi: 10.1182/asheducation-2016.1.366.

  5. Sant M, Minicozzi P, Mounier M, et al. Survival for haematological malignancies in Europe between 1997 and 2008 by region and age: results of EUROCARE-5, a population-based study. Lancet Oncol. 2014;15(9):931–42. doi: 10.1016/S1470-2045(14)70282-7.

  6. Menard G, Dulong J, Nguyen TT, et al. Lenalidomide treatment restores in vivo T сell activity in relapsed/refractory FL and DLBCL. Blood. 2017;130(Suppl 1):729.

  7. Westin JR, Oki Y, Nastoupil L, et al. Lenalidomide and obinutuzumab with CHOP for newly diagnosed diffuse large B-cell lymphoma: final phase I/II results. Blood. 2017;130(Suppl 1):189.

  8. Петухов А.В., Маркова В.А., Моторин Д.В. и др. Получение CAR T-лимфоцитов, специфичных к CD19, и оценка их функциональной активности in vitro. Клиническая онкогематология. 2018;11(1):1–9. doi: 10.21320/2500-2139-2018-11-1-1-9.

    [Petukhov AV, Markova VA, Motorin DV, et al. Manufacturing of CD19 Specific CAR T-Cells and Evaluation of their Functional Activity in Vitro. Clinical oncohematology. 2018;11(1):1–9. doi: 10.21320/2500-2139-2018-11-1-1-9. (In Russ)]

  9. Sehn LH, Berry B, Chhanabhai M, et al. The revised International Prognostic Index (R-IPI) is a better predictor of outcome than the standard IPI for patients with diffuse large B-cell lymphoma treated with R-CHOP. Blood. 2007;109(5):1857–61. doi: 10.1182/blood-2006-08-038257.

  10. International Non-Hodgkin’s Lymphoma Prognostic Factors Project. A predictive model for aggressive non-Hodgkin’s lymphoma. N Engl J Med. 1993;329(14):987–94. doi: 10.1056/nejm199309303291402.

  11. Cheson BD, Horning SJ, Coiffier B, et al. Report of an international workshop to standardize response criteria for non Hodgkin’s lymphomas. NCI Sponsored International Working Group. J Clin Oncol. 1999;17(4):1244. doi: 10.1200/jco.1999.17.4.1244.

  12. Cheson BD, Pfistner B, Juweid ME, et al. Revised response criteria for malignant lymphoma. J Clin Oncol. 2007;25(5):579–86. doi: 10.1200/jco.2006.09.2403.

  13. Kurtz D, Scherer F, Jin M, et al. Development of a dynamic model for personalized risk assessment in large B-cell lymphoma. Blood. 2017;130(Suppl 1):826.

  14. Hamadani M, Hari PN, Zhang Y, et al. Early failure of frontline rituximab-containing chemoimmunotherapy in diffuse large B cell lymphoma does not predict futility of autologous hematopoietic cell transplantation. Biol Blood Marrow Transplant. 2014;20(11):1729–36.

  15. Crump M, Kuruvilla J, Couban S, et al. Randomized comparison of gemcitabine, dexamethasone, and cisplatin versus dexamethasone, cytarabine, and cisplatin chemotherapy before autologous stem-cell transplantation for relapsed and refractory aggressive lymphomas: NCIC-CTG LY.12. J Clin Oncol. 2014;32(31):3490–6. doi: 10.1200/jco.2013.53.9593.

  16. Van Den Neste E, Schmitz N, Mounier N, et al. Outcome of patients with relapsed diffuse large B-cell lymphoma who fail second-line salvage regimens in the International CORAL study. Bone Marrow Transplant. 2016;51(1):51–7. doi: 10.1038/bmt.2015.213.

  17. Crump M, Neelapu SS, Farooq U, et al. Outcomes in refractory diffuse large B-cell lymphoma: results from the international SCHOLAR-1 study. Blood. 2017;130(16):1800–8. doi: 10.1182/blood-2017-03-769620.

  18. Fang X, Xiu B, Yang Z, et al. The expression and clinical relevance of PD-1, PD-L1, and TP63 in patients with diffuse large B-cell lymphoma. Medicine (Baltimore). 2017;96(15):e6398. doi: 10.1097/MD.0000000000006398.

  19. Ключагина Ю.И., Соколова З.А., Барышникова М.А. Роль рецептора PD1 и его лигандов PDL1 и PDL2 в иммунотерапии опухолей. Онкопедиатрия. 2017;4(1):49–55. doi: 10.15690/onco.v4i1.1684.

    [Klyuchagina YuI, Sokolova ZA, Baryshnikova MA. Role of PD-1 Receptor and Its Ligands PD-L1 and PD-L2 in Cancer Immunotherapy. Onkopediatria. 2017;4(1):49–55. doi: 10.15690/onco.v4i1.1684. (In Russ)]

  20. Hayano A, Komohara Y, Takashima Y, et al. Programmed cell death ligand 1 expression in primary central nervous system lymphomas: a clinicopathological study. Anticancer Res. 2017;37(10):5655–66. doi: 10.21873/anticanres.12001.

  21. Alizadeh AA, Eisen MB, Davis RE, et al. Distinct types of diffuse large B-cell lymphoma identified by gene expression profiling. Nature. 2000;403(6769):503–11. doi: 10.1038/35000501.

  22. Alizadeh AA, Gentles AJ, Alencar AJ, et al. Prediction of survival in diffuse large B-cell lymphoma based on the expression of 2 genes reflecting tumor and microenvironment. Blood. 2011;118(5):1350–8. doi: 10.1182/blood-2011-03-345272.

  23. Amin AD, Peters TL, Li L, et al. Diffuse large B-cell lymphoma: can genomics improve treatment options for a curable cancer? Mol Case Stud. 2017;3(3):a001719. doi: 10.1101/mcs.a001719.

Факторы, влияющие на течение и исход хронического лимфолейкоза: данные гематологических стационаров Красноярского края

В.И. Бахтина1,2, И.В. Демко2, А.Н. Наркевич2, Д.С. Гущин3

1 КГБУЗ «Краевая клиническая больница», ул. Партизана Железняка, д. 3, Красноярск, Российская Федерация, 660022

2 ГБОУ ВПО «КрасГМУ им. проф. В.Ф. Войно-Ясенецкого», ул. Партизана Железняка, д. 1, Красноярск, Российская Федерация, 660022

3 КГБУЗ «Норильская межрайонная больница № 1», Солнечный пр-д, д. 7а, Норильск, Российская Федерация, 663300

Для переписки: Варвара Ивановна Бахтина, ул. Партизана Железняка, д. 1, Красноярск, Российская Федерация, 660022; тел. +7(923)357-57-77; е-mail: doctor.gem@mail.ru

Для цитирования: Бахтина В.И., Демко И.В., Наркевич А.Н., Гущин Д.С. Факторы, влияющие на течение и исход хронического лимфолейкоза: данные гематологических стационаров Красноярского края. Клиническая онкогематология. 2016;9(4):413–19.

DOI: 10.21320/2500-2139-2016-9-4-413-419


РЕФЕРАТ

Актуальность и цели. В-клеточный хронический лимфолейкоз (ХЛЛ) — гетерогенное по клиническим проявлениям и биологическим особенностям заболевание. Ко времени первичной диагностики опухоли почти 70 % больных старше 65 лет, большинство из них имеют несколько сопутствующих заболеваний. Цель работы — выявить факторы, влияющие на выживаемость, причины летальности у пациентов с ХЛЛ, по данным гематологических стационаров Красноярского края.

Методы. Для выявления наиболее значимых факторов, влияющих на течение и исход ХЛЛ, проведен ретроспективный анализ данных пациентов, умерших в гематологических стационарах Красноярского края. В течение 6 лет зарегистрировано 45 случаев с летальным исходом. Все пациенты наблюдались у гематолога от времени диагностики заболевания, в течение всего периода лечения и вплоть до летального исхода.

Результаты. Показатели общей и выживаемости без прогрессирования определялись в первую очередь выбором и эффективностью терапии первой линии. Прогрессирование основного заболевания и инфекционные осложнения служили основной причиной летального исхода при ХЛЛ.

Заключение. Большинство больных в качестве терапии первой линии получали неадекватное лечение. Анализ сопутствующих заболеваний демонстрирует возможность проведения таким больным более эффективной противоопухолевой терапии, позволяющей добиться длительных полных ремиссий.


Ключевые слова: хронический лимфолейкоз, онкогематологические заболевания, сопутствующие заболевания, выживаемость, лечение.

Получено: 16 мая 2016 г.

Принято в печать: 17 июня 2016 г.

Читать статью в PDFpdficon

ЛИТЕРАТУРА

  1. Gribben JG. How I treat CLL up front. Blood. 2010;115(2):187– doi: 10.1182/blood-2009-08-207126.
  2. Lee JS, Dixon DO, Kantarjian H, et al. Prognosis of chronic lymphocytic leukemia: a multivariate regression analysis of 325 untreated patients. Blood. 1987;69(3):929–36.
  3. Molica S. Infections in chronic lymphocytic leukemia: risks factors and impact on survival and treatment. Leuk Lymphoma. 1994;13(3–4):203–14. doi: 10.3109/10428199409056283.
  4. Albertsen PC, Moore DF, Shih W, et al. Impact of comorbidity on survival among men with localized prostate cancer. J Clin Oncol. 2011;29(10):1335–41. doi: 10.1200/jco.2010.31.2330.
  5. Etienne A, Esterni B, Charbonnier A, et al. Comorbidity is an independent predictor of complete remission in elderly patients receiving induction chemotherapy for acute myeloid leukemia. Cancer. 2007;109(7):1376– doi: 10.1002/cncr.22537.
  6. Kos FT, Yazici O, Civelek B, et al. Evaluation of the effect of comorbidity on survival in pancreatic cancer by using “Charlson Comorbidity Index” and “Cumulative Illness Rating Scale”. Wien Klin Wochenschr. 2014;126(1–2):36– doi: 10.1007/s00508-013-0453-9.
  7. Della Porta MG, Malcovati L. Clinical relevance of extra-hematologic comorbidity in the management of patients with myelodysplastic syndrome. Haematologica. 2009;94(5):602– doi: 10.3324/haematol.2009.005702.
  8. Wang S, Wong ML, Hamilton N, et al. Impact of age and comorbidity on non-small-cell lung cancer treatment in older veterans. J Clin Oncol. 2012;30(13):1447–55. doi: 11200/jco.2011.39.5269.
  9. Strati P, Chaffe K, Achenbach S, et al. Comorbidity and cause of death in patients with chronic lymphocytic leukemia (CLL). Cancer Res. 2015;75(15): Abstract 5267. doi: 10.1158/1538-7445.am2015-5267.
  10. Goede V, Paula Cramer P, Busch R, et al. Interactions between comorbidity and treatment of chronic lymphocytic leukemia: results of German Chronic Lymphocytic Leukemia Study Group trials. 2014;99(6):1095–100. doi: 10.3324/haematol.2013.096792.
  11. Thurmes P, Call T, Slager S, et al. Comorbid conditions and survival in unselected, newly diagnosed patients with chronic lymphocyticleukemia. Leuk Lymphoma. 2008;49(1):49–56. doi: 10.1080/10428190701724785.
  12. Linn BS, Linn MW, Gurel L. Cumulative illness rating scale. J Am Geriatr Soc. 1968;16(5):622–6. doi: 10.1111/j.1532-5415.1968.tbx.
  13. Hallek M, Fischer K, Fingerle-Rowson G, et al. Addition of rituximab to fludarabine and cyclophosphamide in patients with chronic lymphocytic leukaemia: a randomised, open-label, phase 3 trial. 2010;376(9747):1164–74. doi: 10.1016/S0140-6736.
  14. Charlson ME, Pompei P, Ales KL, MacKenzie CR. A new method of classifying prognostic comorbidity in longitudinal studies: development and validation. J Chronic Dis. 1987;40(5):373–83. doi: 10.1016/0021-9681(87)90171-8.
  15. Anaissie EJ, Kontoyiannis DP, O’Brien S, et al. Infections in patients with chronic lymphocytic leukemia treated with fludarabine. Ann Intern Med. 1998;129(7):559– doi: 10.7326/0003-4819-129-7-199810010-00010.
  16. Badoux XC, Keating MJ, Wang X, et al. Fludarabine, cyclophosphamide, and rituximab chemoimmunotherapy is highly effective treatment for relapsed patients with CLL. 2011;117(11):3016–24. doi: 10.1182/blood-2010-08-304683.
  17. Catovsky D, Richards S, Matutes E, et al. Assessment of fludarabine plus cyclophosphamide for patients with chronic lymphocytic leukaemia (the LRF CLL4 Trial): a randomised controlled trial. Lancet. 2007;370(9583):230–9. doi: 10.1016/s0140-6736(07)61125-8.
  18. Bouvet E, Borel C, Oberic L, et al. Impact of dose intensity on outcome of fludarabine, cyclophosphamide, and rituximab regimen given in the first-line therapy for chronic lymphocytic leukemia. 2013;98(1):65–70. doi: 10.3324/haematol.2012.070755.
  19. Miller MD, Paradis CF, Houck PR, et al. Rating chronic medical illness burden in geropsychiatric practice and research: application of the Cumulative Illness Rating Scale. Psychiatry Res. 1992;41(3):237–48. doi: 10.1016/0165-1781(92)90005-n.
  20. Parmlee PA, Thuras PD, Katz IR, et al. Validation of Cumulative Index Rating Scale in a geriatric residential population. J Am Geriatr Soc. 1995;43(2):130–7. doi: 10.1111/j.1532-5415.1995.tb06377.x.
  21. Charlson ME, Pompei P, Ales KL, et al. A new method of classifying prognostic comorbidity in longitudinal studies: Development and validation. J Chronic Dis. 1987;40(5):373–83. doi: 1016/0021-9681(87)90171-8.
 

Международный прогностический индекс при распространенных стадиях лимфомы Ходжкина в условиях современной терапии

К.Д. Капланов1, А.Л. Шипаева1, В.А. Васильева1, Э.Г. Гемджян2, И.В. Матвеева1, Л.С. Трегубова1, Т.Ю. Клиточенко1, К.В. Демиденко1, О.Б. Калашникова1, Г.Ю. Выскуб1, О.Е. Голубева1, О.В. Левина1, В.А. Орлов1, Е.А. Демина3

1 ГБУЗ «Волгоградский областной клинический онкологический диспансер № 1», Волгоград, Российская Федерация

2 ФГБУ «Гематологический научный центр» МЗ РФ, Москва, Российская Федерация

3 ФГБУ «Российский онкологический центр им Н.Н. Блохина» РАМН, Москва, Российская Федерация


РЕФЕРАТ

Программа BEACOPP, включая такие интенсифицированные ее варианты, как BEACOPP-14 и ВЕАСОРР-эскалированный, применяется для лечения пациентов с распространенными стадиями лимфомы Ходжкина. Среди прогностических систем, разработанных для распространенных стадий лимфомы Ходжкина, наиболее часто используется международный прогностический индекс (МПИ), в который входит 7 факторов. В оригинальном исследовании МПИ был создан на основании данных больных, получавших MOPP и MOPP-ABVD. Появление режима BEACOPP и его модификаций могло изменить значение некоторых прогностических факторов при лимфоме Ходжкина. В нашем исследовании сделана попытка оценить прогностическое значение этих факторов у больных с распространенными стадиями лимфомы Ходжкина в условиях современного лечения.

В исследование были включены все пациенты с впервые выявленной лимфомой Ходжкина, имевшие распространенные стадии (n = 172) и получавшие лечение в отделении гематологии ГБУЗ «Волгоградский областной клинический онкологический диспансер № 1» за 7 лет (с 2003 по 2010 г.). Интенсифицированные варианты BEACOPP получило 64 (37 %) больных, BEACOPP-стандартный — 84 (49 %), ABVD — 24 (14 %).

Больные прослежены до 30.06.2012 г.

Оценены результаты терапии в группах по МПИ, а также проанализировано значение каждого из параметров МПИ в отдельности.

Наибольшие различия в общей 3- и 4-летней выживаемости отмечены между группами с МПИ 0–1 и МПИ ³ 2: для МПИ 0–1 3- и 4-летняя выживаемость равна 93 %, для группы МПИ ³ 2 3-летняя выживаемость равна 81 %, а 4-летняя — 75 % (= 0,05). Статистически значимый отрицательный вклад в 3-летнюю общую выживаемость в этих группах внесли такие факторы МПИ, как возраст старше 45 лет (87 vs 70 % соответственно; относительный риск [ОР] 3,0; 95%-й доверительный интервал [95% ДИ] 1,7–7,0; = 0,01) и концентрация альбумина менее 40 г/л (88 vs 79 %; ОР 2,8; 95% ДИ 1,2–6,8; = 0,02).

Общая 3-летняя выживаемость у мужчин (n = 91) составила 80 %, у женщин (n = 81) — 88 % (= 0,09). Не отмечено влияния на общую и свободную от неудач терапии выживаемость таких составляющих МПИ, как концентрация гемоглобина, число лимфоцитов и лейкоцитов крови и IV стадия.

Многомерный анализ также показал наибольшую значимость для общей выживаемости возраста (ОР 3,6; 95% ДИ 1,8–7,0; = 0,001) и концентрации альбумина (ОР 2,6; 95% ДИ 1,1–6,0; = 0,036).


Ключевые слова: лимфома Ходжкина, распространенные стадии, международный прогностический индекс (МПИ), общая выживаемость, выживаемость, свободная от неудач терапии, BEACOPP, ABVD.

Читать статью в PDFpdficon

ЛИТЕРАТУРА

  1. Richardson S.E., McNamara C. The management of classical Hodgkin’s lymphoma: past, present, and future. Advant. Hematol. 2011; 2011: 1–17.
  2. Kuruvilla J. Standard therapy of advanced Hodgkin lymphoma. Hematol. Am. Soc. Hematol. Educ. 2009: 497–506.
  3. Federico M., Luminari S., Iannitto E. et al. ABVD compared with BEACOPP compared with CEC for initial treatment of patients with advanced Hodgkin’s lymphoma: Results from the HD2000 Gruppo Italiani perlo Studio dei Linfomi Trial. Clin. Oncol. 2009; 27: 805–11.
  4. Gianni A.M., Rambaldi A., Zinzani P. Comparable 3-year outcome following ABVD or BEACOPP first-line chemotherapy, plus pre-planned high-dose salvage, in advanced Hodgkin lymphoma: a randomized trial of the Michelagelo, GITIL and IIL cooperative groups. ASCO meeting Chicago, 2008. Abstract 8506.
  5. Byar D.P. Identification of prognostic factors. In: Cancer clinical trials. Methods and practice. Ed. by M.E. Buyse, M.J. Staquet, R.J. Sylvester. Oxford: Oxford University Press, 1988.
  6. Hasenclever D., Diehl V. A prognostic score for advanced Hodgkin’s disease. International Prognostic Factors Project on Advanced Hodgkin’s disease. N. Engl. J. Med. 1998; 339(21): 1506–14.
  7. R. Optimal Therapy of Advanced Hodgkin Lymphoma. ASH Education book. 2011: 310–316.
  8. Diehl V., Franklin J., Pfreundschuh M. et al. Standard and increased-dose BEACOPP chemotherapy compared with COPP-ABVD for advanced Hodgkin’s disease. Engl. J. Med. 2003; 348(24): 2386–95.
  9. Wagstaff J., Gregory W.M., Swindell R. et al. Prognostic factors for survival in stage IIIB and IV Hodgkin’s disease: a multivariate analyses comparing two specialist treatment centers. J. Cancer. 1988; 58: 487–92.
  10. Wagstaff J., Steward W., Jones M. et al. Factors affecting remission and survival in patients with advanced Hodgkin’s disease treated with MVPP. Oncol. 1986; 4: 135–47.
  11. Straus D.J., Gaynor J.J., Myers J. et al. Prognostic factors among 185 adults with newly diagnosed advanced Hodgkin’s disease treated alternating potentially noncross-resistant chemotherapy and intermediate-dose radiation therapy. Clin. Oncol. 1990; 8: 1173–86.
  12. Proctor S.J., Taylor P., Mackie M.J. et al. A numerical prognostic index for clinical use in identification of poor-risk patients with Hodgkin’s disease at diagnosis. The Scotland and Newcastle Lymphoma Group (SNLG) Therapy Working Party. Lymphoma 1992; 7 (Suppl.): 17–20.
  13. Low S.E., Horsman J.M., Walters S.J. et al. Risk-adjusted prognostic models for Hodgkin’s disease (HD) and grade II non- Hodgkin’s lymphoma (NHL II): validation on 6728 British National Lymphoma Investigation patients. J. Hematol. 2003; 120: 277–80.
  14. Gobbi P.G., Comelli M., Grignani G.E. et al. Estimate of expected survival at diagnosis in Hodgkin’s disease: a means of weighting prognostic factors and a tool for treatment choice and clinical research. A report from the International Database on Hodgkin’s Disease (IDHD). Hematologica 1994; 79: 241–55.
  15. Moccia A.A., Donaldson J., Chhanabhai M. et al. International Prognostic Score in Advanced- Stage Hodgkin’s Lymphoma: Altered Utility in the Modern Era. J. Clin. 2012; 30: 3383–8.
  16. Капланов К.Д., Шипаева А.Л., Васильева В.А. и др. Эффективность программ химиотерапии первой линии при различных стадиях лимфомы Ходжкина. Клин. онкогематол. 2012; 1: 22–9. [Kaplanov K.D., Shipayeva A.L., Vasilyeva V.A. i dr. Effektivnost programm khimioterapii pervoy linii pri razlichnykh stadiyakh limfomy Khodzhkina (Efficacy of first-line chemotherapy programs at various stages of Hodgkin’s disease). onkogematol. 2012; 1: 22–9.]